"Соблазн для правительства": эксперт Кусаинов о том, плоха ли дорогая нефть для Казахстана

Что произошло

Опасения вокруг высокой цены на нефть связаны не с самой нефтью, а с бюджетной политикой, объяснил экономист Айдархан Кусаинов в беседе с корреспондентом BES.media. По его словам, при грамотном управлении дорогая нефть становится преимуществом для экономики.

Почему дорогая нефть не проблема

Кусаинов считает, что сама по себе высокая цена на нефть не несёт угрозы экономике. По его словам, влияние зависит исключительно от того, как государство распоряжается дополнительными доходами. Если бюджетная политика остаётся сдержанной, рост цен на нефть лишь увеличивает накопления в Национальном фонде и не создаёт макроэкономических перекосов.

"Если мы берём из Нацфонда столько, сколько планировали, а лучше вообще его не трогать, то нам всё равно, дорогая нефть или дешёвая. Просто накоплений будет больше", – пояснил он.

Откуда берётся страх

Экономист отмечает, что опасения вокруг высокой стоимости нефти связаны не с рынком, а с поведением государства. По его словам, при росте цен у правительства возникает соблазн увеличить расходы, что может привести к перегреву экономики и усилению зависимости от сырьевых доходов.

"Эта проблема не в ценах на нефть. Это проблема соблазна для правительства залезть поглубже в карман. В этом смысле дорогая нефть плоха для Казахстана. Это как будто бы если я буду слишком много зарабатывать – это будет плохо для меня. Я начну гулять, пить, курить, фестивалить. Ну это же ваш выбор. Вы можете много зарабатывать и при этом вести себя вполне разумно в своих бюджетных ограничениях. Вы просто будете больше откладывать на потом. Поэтому я не сторонник того, чтобы говорить, что дорогая нефть – это плохо для Казахстана. Это хорошо, если мы будем устойчивы к этим соблазнам: деньги появились – будем тратить. На самом деле весь страх дорогой нефти именно в этом", – отметил Айдархан Кусаинов.

Контекст

Экономика Казахстана остаётся чувствительной к ценам на нефть, поскольку значительная часть экспортной выручки формируется за счёт сырьевого сектора. На этом фоне курс доллара ранее опускался до 460 тенге на фоне роста цен на нефть, который связывали с обострением ирано-израильского конфликта.

При этом в экспертной среде звучат и более жёсткие оценки. Ранее генеральный директор Damy Capital Management Мурат Кастаев говорил, что высокая цена на нефть выгодна Казахстану только в краткосрочной перспективе – за счёт сверхдоходов, улучшения ситуации с дефицитом бюджета и укрепления тенге.

В долгосрочной же перспективе, по его мнению, дорогая нефть создаёт другую проблему: у властей снижается стимул диверсифицировать экономику, поддерживать отечественных производителей и проводить реформы. На этом фоне экономика становится ещё более зависимой от импорта и сырьевых доходов, а инфляционное давление внутри страны усиливается.

Похожую, но более прикладную оговорку ранее делали и другие эксперты BES.media. Финансовый аналитик Расул Рысмамбетов отмечал, что рост цен на нефть сам по себе ещё не означает автоматической выгоды для Казахстана. По его словам, многое зависит от экспортных контрактов и от того, насколько страна вообще сможет монетизировать подорожание нефти.

Нефтяной аналитик Олжас Байдильдинов предупреждал, что даже при новой турбулентности на Ближнем Востоке эффект для Казахстана, скорее всего, будет ограниченным и краткосрочным. Он связывал это, в том числе, с тем, что значительная часть казахстанской нефти продаётся по долгосрочным контрактам, а значит, не всякий всплеск котировок сразу превращается в дополнительные доходы.