Чужды ли казахскому языку слова "машаллах" и "иншаллах", объяснили в ДУМК

Что произошло

Директор Исламского научно-исследовательского института при Духовном управлении мусульман Казахстана (ДУМК) Тореали Кыдыр прокомментировал споры вокруг употребления слов "машаллах" и "иншаллах". Он считает, что такие выражения не являются чем-то новым для казахского языка.

Детали

Вопрос о том, стоит ли использовать исламские термины в повседневной речи, Кыдыру задал ведущий в подкасте в YouTube-канале ДУМК, напомнив, что раньше уже обсуждалась замена слова "ифтар" на казахский эквивалент "ауызашар". В ответ спикер сказал, что сам язык нельзя рассматривать как застывшую систему.

"В целом язык – это живой процесс. Язык развивается, процветает, а некоторые языки, наоборот, исчезают. Поэтому мы называем это живым процессом", – сказал Тореали Кыдыр.

Он отметил, что язык времён Абая и современный казахский язык невозможно сравнивать напрямую, потому что за столетие речь сильно изменилась. В качестве примера он привёл современные слова, которые естественно вошли в обиход и уже не воспринимаются как что-то чужое.

При этом Кыдыр подчеркнул, что ислам, как и любая другая область знания, имеет собственную терминологию.

"Во-вторых, ислам – это тоже наука, у которой есть своя система терминов. В любой сфере есть свои термины. В исламоведении тоже есть свои понятия: намаз, ораза, зекет, хадж и другие", – отметил он.

Почему спор об этих словах не новый

Кыдыр связал нынешнюю дискуссию с более широким историческим контекстом. По его словам, похожие споры уже шли в конце XIX и начале XX века, когда в обществе усиливалось национальное самосознание и одновременно поднимался вопрос об очищении языка от арабских и персидских заимствований.

Он напомнил, что такие процессы происходили не только в Казахстане, но и в других странах. В частности, похожая работа велась в Иране и в Турции времён Мустафы Кемаля Ататюрка. По словам спикера, в Казахстане тоже предпринимались попытки вытеснить из литературного языка слова, связанные с религиозной традицией.

"Такая же ситуация была и у нас в начале XX века – попытки вывести арабские и персидские слова из литературного языка. Как литературовед, я бы сказал следующее: в начале 2000-х, работая в Академии наук, мы изучали историю литературы тюркских народов", – сказал Кыдыр.

По его словам, из-за такого подхода часть общего тюркского наследия в Казахстане долгое время воспринималась как чужая. Он считает, что именно поэтому произведения и имена, связанные с религиозной и средневековой традицией, оказались как будто вынесены за пределы собственной литературной истории.

Что он сказал об Абае и Яссауи

Тореали Кыдыр отдельно остановился на том, что религиозная лексика присутствовала и в классической казахской литературе. В качестве примера он привёл Абая и поэзию Ходжи Ахмеда Яссауи.

"Но посмотрите на самого Абая. Он использовал такие обороты как "Бисмилла деп баян айлай хикмет айтып…". Если мы не принимаем наследие Яссауи, то мы не принимаем и эти слова", – сказал он.

По его словам, слова "бисмиллях", "хикмет" и "гаухар", несмотря на арабское и персидское происхождение, давно вошли в исламскую цивилизацию и были восприняты как свои. Он также отметил, что сегодня общество спокойно принимает новые заимствования вроде ChatGPT, Wi-Fi, "ноутбук" и "микрофон", но именно религиозные слова почему-то вызывают наиболее жёсткую реакцию.

"За последние пять лет в наш язык вошло столько новых слов: ChatGPT, Wi-Fi и другие. Иногда я думаю: почему наши "настоящие националисты" не выступают против этих слов – "ноутбук", "микрофон", для них не ищут замену, но против слов "машаллах" и "иншаллах" сразу выступают", – сказал Кыдыр.

Что действительно беспокоит

При этом спикер дал понять, что проблема для него не в самих словах, а в том, как именно их употребляют. По его мнению, раздражение в обществе вызывает не религиозная лексика сама по себе, а её форма и избыточность.

В частности, он обратил внимание на то, что некоторые слова произносятся без учёта казахской фонетики. В пример он привёл слово "Алла", которое в народной речи традиционно употреблялось именно в такой форме, тогда как вариант "Аллах" с твёрдым звуком на конце, по его мнению, не соответствует привычной языковой норме.

Кроме того, Кыдыр раскритиковал практику замены обычных казахских слов арабскими обращениями там, где в этом нет необходимости. Речь идёт, например, о словах "ахи" и "ухти" вместо привычных "аға", "бауыр", "қарындас" или "әпке".

"Если есть казахское слово, мы не должны брать чужое. Но если это специфический религиозный термин, у которого нет эквивалента, мы его принимаем, но адаптируем под наш закон сингармонизма", – пояснил он.

Что ещё

Тореали Кыдыр считает, что слова "машаллах" и "иншаллах" действительно присутствовали в казахской литературе и употреблялись ещё во времена Абая. По его словам, в советский атеистический период они стали архаизмами, а теперь возвращаются в повседневный язык.

"Слова "машаллах" и "иншаллах" – есть ли они в нашей литературе? Есть. Использовались ли они во времена Абая? Да. Просто в атеистические времена они стали архаизмами, а сейчас возвращаются в живой язык", – сказал он.

При этом Кыдыр отдельно оговорился, что не призывает заполнять речь арабскими словами. По его мнению, к таким вопросам нужно подходить шире: религия остаётся самостоятельной сферой знания, поэтому её термины естественно входят в обиход. Но чрезмерное и неуместное употребление таких выражений, добавил он, действительно может вызывать раздражение в обществе.

"Это моё личное мнение. Я не призываю заполнять язык арабскими словами, но нужно смотреть шире. Религия – это целая сфера науки, и с её развитием религиозные термины естественно входят в обиход", – подчеркнул спикер.

Справка

"Машаллах" означает "так пожелал Аллах" или "что захотел Бог, то и произошло". С помощью этой фразы верующий выражает позитивное удивление чему-то и нежелание, чтобы этот предмет или явление подверглись сглазу. "Иншаллах" переводится как "если пожелает Аллах". Это выражение используют мусульмане, когда говорят о чём-то в будущем. Любое намерение, любой план сопровождается "иншаллах", потому что в исламском мировоззрении будущее принадлежит только Богу.

Также "машаллах" используется в турецком языке и означает "как пожелал Аллах", "Слава Богу", "Да убережёт Бог". Например, так выражают восхищение (особенно к людям, детям, успеху), защищают от сглаза или выражают уважение или признание.