ДНК подтвердила родство из шежіре: что выяснил казахстанский генетик
Что произошло
Генетические исследования подтвердили представление шежіре об общем предке по отцовской линии для большинства представителей изученных казахских родов. Об этом BES.media рассказал генетик Максат Жабагин, ставший первым казахстанским лауреатом международной премии USERN Prize.
Как ДНК помогла проверить родословные
Жабагин изучает генофонд населения Центральной Азии, в частности казахского народа. Исследование Y-хромосомы позволило сопоставить генетические данные с родословными, поскольку и она, и принадлежность к казахскому роду передаются по отцовской линии.
"Мне это было интересно, потому что в нашей культуре по отцовской линии также наследуется принадлежность к роду, к шежіре. Она тесно связана с нашей историей, с разными этнографическими и историческими сведениями. Это можно было сопоставлять, то есть биологию с историей", – рассказал учёный.
Исследователи обнаружили схожие Y-хромосомы у 70-90% представителей изученных родов. По словам Жабагина, эти линии восходят к общим предкам – отцам-основателям родов.
Большинство таких предков, по оценкам исследователей, жили в XIII-XIV веках. Датировки согласуются с родословными преданиями. Имена некоторых предков, упоминаемых в шежіре, встречаются и в исторических источниках.
Почему внутри одного рода встречаются разные отцовские линии
Среди изученных родов, отметил Жабагин, нет такого, все представители которого восходили бы к одному общему предку по отцовской линии. Часть людей принадлежит к роду в социальном и культурном смысле. Учёный связывает это с особенностями жизни в степи, когда в состав родов принимали людей другого происхождения.
"У казахов есть понятие "кірме". В шежіре встречаются случаи, когда в состав рода включали людей со стороны нағашы – родственников по материнской линии. Иногда батыры обменивались детьми, чтобы укрепить союз", – пояснил Жабагин.
По его словам, в казахской степи не было детских домов. Если родители умирали, например, во время джута, соседние роды принимали детей. В род могли включить и детей женщины, которая возвращалась к своим родственникам. Такие события влияли на генеалогию. У некоторых родов сохранились предания о том, как их предки стали частью другого рода.
"Но выявление таких фактов не отменяет их принадлежности к роду. Мы не говорим, что род – это исключительно биологическое объединение. Это прежде всего социальная и культурная единица", – подчеркнул учёный.
Насколько широко исследовали казахские роды
По словам Жабагина, исследование охватило почти все крупные казахские роды. Следующий уровень работы – более подробное изучение подродов и их генетических линий.
"Например, род Аргын делится на несколько крупных подродов. Из них мы охватили около десяти крупных подродов. Аналогичная ситуация и с другими подродами. Если мы будем детально изучать каждый подрод и его генетические линии, то сможем получить больше информации", – рассказал он.
Что выяснили о происхождении по материнской линии
Материнские генетические линии оказались разнообразнее отцовских. Исследователи связывают это с миграциями и традиционным укладом. После замужества женщины, как правило, переезжали в общину мужа, поэтому в одном роду со временем появлялись материнские линии разного происхождения.
"Например, по Y-хромосоме мы обнаружили около 20 вариантов гаплогрупп. В каждом роду одна из них обычно встречается чаще остальных. А материнских генетических линий гораздо больше", – пояснил Жабагин.
Принадлежность к роду сохранялась по отцовской линии, а жён брали из разных племён. Некоторые из этих племён впоследствии вошли в состав других народов.
У казахов встречаются материнские линии восточного и западного происхождения, в том числе связанные с популяциями Сибири, Ирана и Афганистана. Их изучение помогает проследить брачные союзы и происхождение женщин, которые становились частью рода.
Чем отличаются казахи разных родов и регионов
Учёные также исследовали аутосомы – другие хромосомы – и сравнивали данные представителей разных родов. Больших различий между казахами разных регионов они не обнаружили.
"Несмотря на большую географию, на различные рода, мы не видим такую (большую. – Ред.) разницу между казахами Северного, Западного, Восточного Казахстана, все они очень похожи друг с другом. Смешивание с другими популяциями тоже приходилось где-то на XIII-XIV век. То есть формирование нашего населения как генетического конструктора завершилось именно в XIII-XIV веке", – рассказал Жабагин.
Как изучают ДНК людей, живших тысячи лет назад
Казахстанские учёные вместе с зарубежными коллегами исследуют древнюю ДНК. Сначала археологи находят человеческие останки. Затем специалисты анализируют их, извлекают ДНК и сравнивают полученные данные с современными популяциями. Так исследователи прослеживают связи с разными историческими периодами.
В 2025 году команда изучила одни из самых древних человеческих останков, найденных на территории Казахстана, – из поселения Кокен в Восточном Казахстане. Их возраст составляет около 7,5 тысячи лет.
"Мы собрали и проанализировали около 10 тысяч образцов по разным маркерам, включая другие народности Центральной Азии. Пилотную фазу проекта геномного разнообразия Центральной Азии провели и опубликовали в этом году, 166 полных геномов впервые по Центральной Азии, которые показали, что наш регион не изучен достаточно глубоко", – отметил учёный.
Совместно с китайскими коллегами исследователи создали международный консорциум по изучению генома населения Центральной Азии. Они сотрудничают с Гарвардом, Институтом эволюционной антропологии Макса Планка в Лейпциге, МГУ, Институтом общей генетики им. Вавилова Российской академии наук и другими институтами Центральной Азии.
Как исследования происхождения связаны с медициной
Изучение ДНК позволяет восстанавливать маршруты миграций, исследовать генетическое родство с другими народами и дополнять страницы истории, которые не отражены в письменных источниках. Полученные данные также нужны для развития медицинской генетики.
"Это путь к изучению медицинской генетики, путь к формированию персонализированной медицины, потому что разные варианты отвечают за разные физические характеристики. И это всё необходимо для будущей персонализированной медицины", – пояснил Жабагин.
Учёный привёл в пример Исландию, где при относительно небольшом населении провели масштабные генетические исследования. В стране сохранились церковные книги с записями о браках и родственных связях. Это позволило сопоставлять генетические данные с родословными отдельных людей, изучать их геномы и выявлять патогенные мутации.
Исследователи проанализировали "генетический груз" – совокупность генетических вариантов, которые могут быть связаны с наследственными заболеваниями. По словам Жабагина, такие сведения необходимы, поскольку в следующих поколениях некоторые варианты могут проявиться в виде заболеваний.

За что Жабагин получил международную премию
Профессор Максат Жабагин стал победителем USERN Prize 2026 в области биологических наук и первым лауреатом этой премии из Казахстана.
USERN – Universal Scientific Education and Research Network – международная сеть исследователей. В её консультативный совет входят более 600 ведущих учёных, включая лауреатов Нобелевской и Абелевской премий.
Премию вручают с 2016 года выдающимся исследователям моложе 40 лет за значительный вклад в развитие науки и деятельность на благо человечества. Победителей определяют в пяти научных областях.
В 2026 году на премию номинировали около тысячи исследователей со всего мира. Комитет отобрал 521 заявку, после чего консультативный совет утвердил шорт-лист из 96 кандидатур.
Кто оплачивает генетические исследования в Казахстане
По словам Жабагина, государство помогает учёным проводить исследования.
"В Казахстане в основном все научные исследования финансируются государством. Учёные участвуют в конкурсах на грантовое финансирование, программно-целевое финансирование, где подаются заявки, в которых описывают научную новизну, гипотезу, планы исследований", – рассказал он.
Затем госорганы организуют научную экспертизу. Заявки оценивают другие учёные, в том числе зарубежные. При положительном решении государство выделяет финансирование.
"С 2020 года я лично являюсь руководителем разных проектов, взаимосвязанных между собой. И в рамках этой поддержки я сформировал свою лабораторию как молодой учёный. Сейчас у нас небольшой, но молодой коллектив учёных, есть PhD-студенты", – сообщил Жабагин.
Почему учёный предлагает бизнесу вкладываться в науку
Жабагин считает, что в будущем предприниматели и меценаты могли бы активнее финансировать научные исследования, как это происходит за рубежом. Поддержка нужна как проектам с перспективой быстрого результата или коммерциализации, так и фундаментальным исследованиям истории и археологии.
"Потому что фундаментальные исследования – это база, она позволяет готовить человеческий капитал, формировать инфраструктуру, задавать новые интересные вопросы, которые сейчас мы, может быть, не осознаём, но завтра оно может вылиться в что-то важное. Такое часто бывало в истории науки", – сказал исследователь.
По его мнению, частные фонды могли бы стать дополнительным источником поддержки научных коллективов.
"И если бизнес, меценаты будут формировать, как за рубежом, свои частные фонды, которые будут финансировать науку, это будет тоже прекрасно. Но пока мы всю поддержку получаем от государства", – заключил Жабагин.
Кто такой Максат Жабагин
Максат Жабагин – PhD, профессор, ведущий казахстанский учёный, заведующий лабораторией генетики человека Национального центра биотехнологии. Он исследует генетическое разнообразие и историю формирования населения Казахстана и Центральной Азии.
Жабагин изучает отцовские генетические линии и древнюю ДНК, сопоставляет генетические данные с шежіре. Он также исследовал геномы населения Центральной Азии. Объединение генетики, археологии и истории помогает уточнять историю миграций и родственные связи между популяциями.