Специалиста и подсудимых допросили по делу бывших вице-министров: что они рассказали

Что произошло

В Алмалинском районном суде Алматы 22 сентября продолжили рассматривать дело, связанное с Центром развития трудовых ресурсов и Первым кредитным бюро. Суд допросил специалиста Государственной технической службы, а также подсудимых Акжола Дошимова и Тауке Болатбаева.

"Мне дали только исходный код"

Значительная часть заседания была посвящена программному коду, с которым следствие связывает замедление запросов Государственного кредитного бюро. По версии обвинения, это могло дать Первому кредитному бюро преимущество перед конкурентом.

Специалист Государственной технической службы сообщил суду, что лицензии на проведение экспертизы у него нет. Заключение он подготовил по поручению руководства как привлечённый специалист.

Во время допроса выяснилось, что для исследования ему предоставили исходный код, но не логи и не доступ к самой информационной системе. Поэтому установить, действительно ли этот код запускался на рабочем сервере, специалист не мог.

"Работал ли он в действительности на этой информационной системе – такого я сказать не могу", – отметил он.

По его словам, для такого вывода понадобились бы данные с компьютера, на котором работала система, в том числе информация о состоянии памяти и жёсткого диска. Таких материалов у специалиста не было.

При этом в предоставленном исходном коде, как он сообщил суду, содержалось условие, при котором запросы конкретной организации замедлялись. Именно этот код стал основой для его заключения.

Сам код вредоносным не назвали

Отдельный спор между защитой и специалистом возник вокруг функции, которая использовалась для задержки выполнения программы. Адвокаты спросили, можно ли считать такую команду вредоносной саму по себе.

"Сам по себе этот код не является вредоносным, но в контексте того, как этот код использовался, он считается вредоносным", – отметил специалист.

Во время допроса защита также обратила внимание на методологию, указанную в заключении. Специалист согласился, что сослался на документ, который к тому моменту уже утратил силу, и назвал это своей ошибкой.

Защита потребовала исключить заключение

После допроса специалиста адвокаты попросили суд признать его заключение недопустимым доказательством.

Среди аргументов они назвали отсутствие у специалиста лицензии, вопросы к происхождению исследованного носителя и расхождения в материалах, указанных в постановлении следователя. Защита также сослалась на отсутствие технических данных, которые могли бы подтвердить реальную работу исследованного кода на сервере.

Прокурор с этими доводами не согласился. По позиции обвинения, специалист получил исходный код и исследовал его функционал, а перечисленных защитой обстоятельств недостаточно для исключения заключения из доказательств. Прокурор попросил суд отказать в ходатайстве.

"Ничего незаконного не делал"

После специалиста показания дал Акжол Дошимов. Он рассказал, что работал разработчиком и использовал стандартные механизмы программирования.

По его версии, задержка в несколько секунд сама по себе не нарушала работу системы: ответы продолжали поступать, а Государственное кредитное бюро не жаловалось на прекращение их получения.

Дошимов также сообщил, что не прописывал в коде условие с упоминанием ГКБ и не помнит, кто именно его добавил.

"Я использовал стандартные механизмы, стандартные методы, ничего незаконного не делал", – сказал он.

По словам Дошимова, код не скрывали: он находился в общей рабочей системе, к которой имели доступ другие сотрудники. Подсудимый также отверг сговор с другими фигурантами по созданию или использованию программы.

Что рассказал Тауке Болатбаев

Затем суд допросил Тауке Болатбаева. Он подтвердил, что передавал поручения Дошимову, однако отметил, что действовал в рамках внутренних положений и своих должностных обязанностей. Наличие предварительного или тайного сговора он отверг.

Отдельно обсуждалась скорость обработки запросов двух кредитных бюро. По словам Болатбаева, маршруты запросов различались: у одного кредитного бюро они проходили через один канал, тогда как у Первого кредитного бюро был дополнительный этап, из-за чего запросы могли идти медленнее.

На вопрос о том, могло ли замедление более быстрых запросов технически выровнять скорость двух каналов, Болатбаев ответил, что это возможно. При этом он отрицал, что перед ним ставили такую задачу.

В чём обвиняют фигурантов дела

По версии следствия, в 2020 году бывший руководитель Центра развития трудовых ресурсов Даулет Аргандыков и тогдашний глава Первого кредитного бюро Руслан Омаров изменили условия сотрудничества компаний. Доля ПКБ выросла с 30 до 35%, а доля государственного центра снизилась с 70 до 65%. Следствие считает, что в результате государство недополучило более 2 млрд тенге.

Ещё один эпизод связан с предполагаемым техническим преимуществом ПКБ. По версии обвинения, его запросы обрабатывались быстрее, тогда как работу каналов Государственного кредитного бюро замедляли.

На скамье подсудимых находятся бывшие вице-министры Даулет Аргандыков и Акмади Сарбасов, экс-глава Первого кредитного бюро Руслан Омаров, а также Тауке Болатбаев и Акжол Дошимов.