Официально – белые, по факту – серые: что не так с IMEI-регистрацией в Казахстане

Что произошло

С момента запуска обязательной регистрации мобильных устройств по IMEI-кодам прошло несколько месяцев. Официальные отчёты звучат победными маршами: верифицировано почти 15 млн смартфонов, доля белого рынка выросла на 20-40%, а дополнительные налоговые поступления в госказну превысили 5 млрд тенге. Однако за фасадом красивых цифр скрываются старые схемы и новые вопросы. Редакция BES.media решила понять, почему рынок не стал прозрачнее, бюджет получает лишь крохи, а все риски переложили на плечи казахстанцев.

Детали

Система регистрации IMEI начала действовать в Казахстане с марта 2025 года. За первые два месяца – с 25 марта по 24 мая – было верифицировано 12,3 млн устройств. Как уточнили в компании ATS Mediafon KZ, речь идёт главным образом о тех смартфонах, которые уже находились на складах ритейлеров и на полках магазинов – то есть о легализации существующего оборота, а не о новых поставках. С начала обязательной верификации (с 25 мая) к системе добавились ещё почти 2,6 млн смартфонов. В сумме с началом кампании по легализации и по состоянию на 30 октября в стране зарегистрировано 14,9 млн устройств.

"Внедрение процедуры верификации абонентских устройств сотовой связи, направлено на "обеление" рынка, сокращение теневой экономики и увеличение доходов государственного бюджета. Этот механизм позволил выровнять конкурентные условия и повысить прозрачность цепочек поставок. В результате доля официального (белого) импорта смартфонов демонстрирует устойчивый рост. Это подтверждается сведениями, предоставленными представителями брендов: прирост легального сегмента составляет порядка 20-40%", – отметила Айнур Альмуханова, руководитель управления по взаимодействию со средствами массовой информации и общественностью министерства искусственного интеллекта и цифрового развития РК.

По данным ведомства, рост белого импорта обусловлен увеличением поставок у официальных дистрибьюторов. Но данные исследовательской компании GFK свидетельствуют об обратном: с июня по август 2025 года на казахстанском белом рынке продано 452,8 тысячи устройств – на 9% меньше, чем за аналогичный период прошлого года (495,9 тысячи). Никакого всплеска продаж не произошло. Небольшой прирост в денежном выражении объясняется сезонностью и увеличением среднего чека – курс доллара за этот период поднялся почти на 5%.

Согласно промежуточному отчёту ASBIS Group, в первом полугодии 2025 года выручка холдинга составила 1,6 млрд долларов, что на 24% больше по сравнению с аналогичным периодом 2024 года. Драйвером роста по-прежнему остаётся сегмент смартфонов: продажи устройств достигли 615,6 млн долларов против 607,7 млн долларов годом ранее – прирост всего на 1,3%. При этом динамика по странам неоднородна. В Казахстане доходы группы, напротив, снизились – примерно на 10,7% за тот же период.

"В последнее время валовая прибыль снизилась из-за сохраняющейся жёсткой конкуренции со стороны серого рынка в Казахстане, снижения ценового давления со стороны поставщиков и увеличения доли крупных проектов с более низкой рентабельностью", – говорится в отчёте.

В компании подчёркивают, что значительный объём устройств проникает на рынок по неофициальным каналам. Ценовой разрыв достигает 30% – и такая разница делает честную конкуренцию попросту невозможной. Пока авторизованные дистрибьюторы работают в правовом поле и выполняют все обязательства, нелегальные игроки обходят налоговый контроль, нарушают правила и лишают бюджет значительных доходов и прибыли.

Иллюзия победы: как серый рынок купил себе легальность?

Эксперты считают, что за видимым "обелением" скрывается статистическая иллюзия. Рост цифр отнюдь не свидетельствует о том, что рынок стал прозрачнее – просто серый импорт массово прошёл регистрацию за символическую плату и государство стало считать его белым.

"После усиления контроля IMEI и угрозы блокировки пользователи и продавцы начали оформлять старые телефоны через официальные каналы, чтобы избежать отключения. То есть на статистическом уровне доля "белых" аппаратов действительно выросла, но фактически это легализация уже ввезённого серого товара, а не улучшение прозрачности цепочек поставок. Рынок стал выглядеть "чище", но источники поставок, схемы ввоза и коррупционные практики при пересечении границы остались прежними", – считает Рахимбек Абдрахманов, руководитель аналитического центра AlmaU Analytics.

Система регистрации IMEI превратилась в удобный инструмент для формальной "отмывки" смартфонов, а не в реальный барьер для серого импорта. Наглядное доказательство – сотни продавцов на маркетплейсах, предлагающих iPhone, в то время как у Apple в стране всего десять официальных партнёров. В МИИЦР не видят в этом проблемы. Как говорят в ведомстве, наличие на маркетплейсах индивидуальных предпринимателей само по себе не означает серый оборот.

"Ключевой и достаточный критерий законности обращения – верифицированное устройство (IMEI верифицирован, подтверждены легальный ввоз и право на реализацию, в том числе интеллектуальное). При покупке на казахстанских маркетплейсах на витрине должны быть уже верифицированные устройства. Мы рекомендуем покупателям предварительно проверять IMEI – такая бесплатная проверка внедрена на ряде площадок. Для маркетплейсов, работающих по иной модели, таких как Ozon и Wildberries, верификация оформляется покупателем самостоятельно: с подтверждающим документом – трек-номером, предоставляемым маркетплейсом", – пояснили в МИИЦР.

Где теряются миллиарды?

По некоторым расчётам, IMEI-верификация принесла в госказну около 5 млрд тенге всего за 2,5 месяца действия системы. Звучит неплохо, если не вспоминать, что, по оценкам вице-министра МИИЦР Досжана Мусалиева, из-за нелегального ввоза смартфонов страна теряет около 150 млрд тенге ежегодно. Даже если предположить, что 5 млрд за квартал станут нормой, годовой прирост составит 20 млрд тенге – одна седьмая часть предполагаемых потерь. Это значит, что около 130 млрд тенге так и остаются в серой зоне.

"Скорее всего, часть остаётся в теневом обороте при ввозе (неуплаченные НДС/пошлины из-за under-invoicing), часть переводится как формально "реэкспорт" и вообще не учитывается в импорте, часть – в карманах участников схем. Расхождения в статистике Китай – Казахстан – это порядка 14 млрд долларов – подтверждают, что значительная доля денег вообще не попадает в официальную отчётность. Большая часть "недостающих" денег остаётся в тени, и IMEI-верификация сама по себе эту дыру не закроет", – уверен Рахимбек Абдрахманов.

Главный изъян системы, по его мнению, в её узкой направленности: проверка IMEI работает на уровне конечного устройства, но абсолютно не затрагивает цепочку импорта. Это означает, что механизм не перекрывает основные каналы, по которым крупные партии продолжают ввозиться в обход закона – с помощью подложных документов, транзитных схем или банального сокрытия от декларирования.

"Речь идёт не об отдельных нарушениях, а о целостной бизнес-модели, основанной на системной коррупции в таможенно-логистической цепочке. Существующие лазейки и "стимулы" делают обход правил выгодным. Причём арсенал схем разнообразен", – объясняет руководитель аналитического центра AlmaU Analytics.

Среди наиболее популярных методов эксперт выделил девять:

1. занижение таможенной стоимости – в документах указывается искусственно низкая цена, чтобы уменьшить пошлины и налог на добавленную стоимость;
2. подмена страны происхождения и сертификатов, чтобы воспользоваться преференциями или скрыть реальный маршрут;
3. использование "покрывающих" товаров, когда дорогие позиции формально декларируют как дешёвые, и пошлина платится за "прикрытие", а не за реальную стоимость;
4. массовая мелкая торговля через почтовые и курьерские отправления и дробление партий на маленькие посылки, которые сложнее отследить;
5. фальсификация классификации по HS-кодам с целью применить более низкие тарифы;
6.  транзит и реэкспорт через третьи юрисдикции и перевалочные центры, где документы и стоимость могут изменяться;
7. оформление через "фронт"-компании и цепочки подставных контрагентов для сокрытия реальных операций;
8. коррупционная составляющая и соучастие на пунктах пропуска, из-за чего грузы могут не досматриваться и пошлины не взиматься;
9. методологические и временные расхождения в учёте между китайской и казахстанской статистикой, которые частично объясняют разницу, но не покрывают её полностью.

Таким образом, IMEI-блокировка, будучи полезным инструментом против краж и откровенных подделок, оказывается лишь тактическим решением. Она не может заменить собой системные реформы в таможне и логистике. Фактически регистрация борется со следствиями на потребительском уровне, в то время как государство продолжает терять основные объёмы налогов и контроля там, где товары пересекают границу.

Анатомия "серого" iPhone

Давайте посчитаем, сколько денег недополучает бюджет с каждого нелегально ввезенного аппарата. Возьмём, к примеру, популярный у казахстанцев и "серых" импортёров iPhone 16 Pro с объёмом встроенной памяти 256 Гб. У официальных реселлеров он стоит почти 835 тысяч тенге. На маркетплейсах минимальная цена – 730 тысяч тенге.

На смартфоны в рамках ЕАЭС действуют нулевые ставки ввозных пошлин, но при официальном импорте уплачивается налог на добавленную стоимость – 12%. Так как цена у официалов уже содержит НДС, то его долю считаем "от обратного" и получаем около 89,5 тысячи тенге. Именно столько поступает в бюджет с каждого смартфона при белом ввозе. При сером – зачастую не поступает ничего.

Масштаб проблемы

По официальным данным, в 2024 году "Асбис Казахстан" продал 300 тысяч "яблочных" смартфонов. Это 25% от общего количества всех реализованных и активированных устройств компании Apple в Казахстане. Оставшиеся 75% пришлись на теневой бизнес, то есть на сером рынке продано более 900 тысяч устройств. Если предположить, что каждый из них – iPhone 16 Pro, то только на одной модели бюджет недополучил более 80 млрд тенге.

На запрос BES.media о том, сколько смартфонов ввезли в Казахстан физические и юридические лица по коду ТН ВЭД 8517130000 (телефонные аппараты, включая смартфоны) и из каких стран, комитет госдоходов отвечать отказался. Вместо данных – формальная ссылка на статью 19 Кодекса "О таможенном регулировании в РК", которая позволяет засекретить такую информацию.

"Сведения, касающиеся конкретных лиц, товаров или операций, в том числе данные об импорте отдельных товаров, относятся к конфиденциальной информации и не подлежат передаче либо использованию иными лицами, включая госорганы, кроме случаев, прямо предусмотренных законодательством РК", – сказали в КГД.

Получается, что объём ввоза смартфонов в Казахстан скрыт, и проверить реальный баланс белого и серого импорта невозможно. Более того, в ведомстве уточнили, что при ввозе мобильных устройств физическими лицами в пределах установленной нормы – не более двух единиц на человека – из государств-членов ЕАЭС или третьих стран (не подлежащих таможенному декларированию) сведения о таможенном оформлении устройств в рамках информационного взаимодействия с МИИЦР РК передаваться не будут. А система КНБ РК "Беркут" фиксирует лишь перемещение человека, без учёта сопровождаемых абонентских устройств сотовой связи. Иными словами, государство не только не раскрывает данные – оно официально признаёт, что часть потока устройств просто не отслеживается.

Заплати, докажи и страдай

Вся тяжесть недоработанной системы легла на плечи конечного покупателя. Теперь именно он должен разбираться в IMEI-кодах, проверять статус телефона и опасаться блокировки. Вместо того чтобы усилить контроль на границе и бороться с крупными потоками серого импорта, государство переложило ответственность на граждан.

"Фокус сдвинут на блокировку у конечных пользователей, потому что это самый простой и видимый инструмент, который не требует глубокой реформы самой таможенной системы. Государство фактически перекладывает ответственность за серый импорт на потребителей, избегая столкновения с коррумпированными таможенными звеньями и посредниками", – полагает Рахимбек Абдрахманов.

Эксперт указывает на истинную причину: реальный контроль на границе – это сложный и конфликтный процесс. Он потребовал бы автоматизации обмена данными с Китаем, обеспечения прозрачности деклараций и независимого аудита. Поскольку эти меры напрямую затрагивают интересы влиятельных участников схем, власти предпочитают более "безопасные" и внешне эффектные меры вроде блокировки IMEI.

Особое возмущение у Светланы Романовской, председателя правления РОО "Национальная лига потребителей", вызывает ситуация, когда рядовой потребитель вынужден доказывать легальность уже купленного устройства. По её словам,  сегодня контроль возложенна покупателей, хотя логично было бы требовать прозрачности и гарантий от продавцов.

"Покупатель сам не знает, "белый" он или "серый". Я купила, заплатила деньги, и они начинают говорить: у вас чек есть, где вы покупали, в официальном месте или нет? Почему мы должны быть, извините за выражение, в каком-то косяке за свои же деньги? Смартфоны стоят от 200 тысяч тенге и выше. Люди берут кредиты, а потом их расхлёбывают. Сами не знают, что они в какой-то ловушке. Мне многие сейчас звонят и говорят, что невозможно дозвониться, чтобы проверить IMEI-код. Вроде инициатива хорошая, а начинаешь копать глубже – вопросов больше, чем ответов. Непонятно, сколько смартфонов ввезли, когда, на кого", – возмущается общественница.

Она также выражает сомнение в достоверности официальных данных и указывает на отсутствие полноценной работы с населением. В качестве решения она предлагала организовать SMS-информирование граждан.

"Полноценной информационно-разъяснительной работы с населением не проводится. Я предлагала, чтобы каждому пришла инструкция: что делать, если купил телефон за границей, какие документы брать на таможне. Если это слишком сложно, может, тогда стоит задуматься – а надо ли казахстанцам всё это?" – резюмирует Светлана Романовская.

Итоги странной "борьбы"

Сложившаяся ситуация – пример того, как благие намерения превратились в удобный инструмент для одних и источник проблем для всех остальных. Чиновники получили "красивую" статистику о росте прозрачности рынка, "серовозы" за небольшую плату придали легальность теневому бизнесу. Тогда как бюджет недополучает колоссальные суммы, добросовестный бизнес страдает от конкурениции с "обелёнными" схемами, а потребители платят за смартфоны, которые внезапно превращаются в "кирпич". Эксперты предупреждают: без внедрения полноценной системы прослеживаемости товаров Казахстан и дальше будет терять миллиарды за то, что серый импорт выглядит белым только на бумаге.