Мы разрешаем использовать наши материалы при условии активной гиперссылки на сайтBES.media.

Запрещена перепечатка агитационных материалов.

Новости

«Другого ожидать не приходится»: прокурор не увидел нарушений в действиях следователей Антикора по делу LRT и BRT

08.12.2022
Эскиз Astana LRT
Адвокат Хамида Айткалиева пришла к выводу, что проведённая проверка является лишь мнением гособвинителя и позицией двух следователей, которые не желают признавать, что оказывали давление.

Гособвинитель представил заключение о проверке доводов двоих подсудимых о нарушении их прав и применении незаконных методов следствия сотрудниками Антикоррупционной службы на досудебной стадии производства.

Ранее председательствующая судья Виктория Семёнова поручила прокурору Кайдарову провести проверку доводов, заявленных в суде подсудимыми Талгатом Ашим - бывший председатель правления АО «Astana Innovations» и Тимуром Касабаевым – экс-директор субподрядной организации ТОО «Геобур», о применении в отношении них давления с целью получения признательных показаний.

Сначала назначение проверки судьёй вызвало некоторые надежды, что и до судебной системы дошёл зов Нового справедливого Казахстана. Но прокурор Кайдаров все эти надежды быстро развеял. Его так называемое расследование, по мнению адвокатов и самих подсудимых, было формальным. Он ограничился допросом следователей, видимо, ожидая, что они вдруг возьмут и расскажут, какими методами убеждения добивались, чтобы подозреваемые брали вину на себя.

Вместо того, чтобы следить за соблюдением прав и свобод граждан, судя по всему, прокурор ограничился функцией только обвинения, поэтому заключение Кайдарова вместо представления фактов оказания давления или его отсутствия содержит описание личных качеств подсудимых.

«Ашим характеризуется как образованный с аналитическим складом ума государственным служащим, который имеет опыт работы в правоохранительных органах и государственных организациях», - приводит доводы в своём заключении прокурор Кайдаров.

Собственно говоря, всё расследование гособвинителя состоит лишь из показаний следователей, которым, видимо, все должны верить безоговорочно, а словам подсудимых – нет.

«Шаленов (руководитель следственно-оперативной группы) дословно мне сказал, «если ты сейчас не скажешь то, что нам требуется, ты отсюда не выйдешь». Я на тот момент был без адвоката. Мне сказали, что есть преступление и что сейчас меня задержат, а я должен дать те показания, которые нужны следствию. Я не знал на тот момент, я не юрист, и не обладал какими-то навыками по собственной защите. Меня ввели в заблуждение, что есть какое-то преступление, о существовании которого я до этого не знал. Когда меня увезли на первый допрос, я вообще не знал, что происходит. Соответственно, я не был посвящён в обстоятельства дела, у меня отсутствовала полностью защита, и на меня оказывалось давление», - говорил ранее в суде Ашим.

В ответ на это Шаленов заявил прокурору, что вообще не присутствовал на допросах тогда ещё свидетелей, ставших потом подозреваемыми, апеллируя отсутствием такой отметки в протоколе. Однако адвокаты заметили, что это не подтверждает его физического отсутствия.

«Допрошенный Шаленов показал, что Ашим допрашивался в качестве свидетеля, имеющего право на защиту, следователем Агентства РК по противодействию коррупции, членом МСОГ Тюлебаевым. Ашим является бывшим сотрудником правоохранительных органов, сам прекрасно понимал, что совершил преступление, в связи с чем решил написать явку с повинной и дал признательные показания. А Шаленов в свою очередь с ним лично никогда не контактировал, каких-либо угроз с его стороны в отношении Ашим не осуществлялось и никакие недозволенные методы не применялись.(…) В ходе допроса Ашим в качестве свидетеля, имеющего право на защиту и написание явки с повинной, он сам не изъявил желание и надобности в адвокате. При этом ему разъяснялось его право на адвоката, о чём имеется отметка в протоколе», - огласил прокурор.

***

Читайте также:

***

Сам подсудимый Ашим возразил, потому что о своём статусе – «свидетеля с правом на защиту» он узнал только после окончания допроса, соответственно не смог привлечь адвоката.

«Касательно того, что я работал в финансовой полиции. Я абсолютно считаю, что это нисколько не довод. Потому что я работал в IT, и даже когда мне предлагали надеть погоны я от них отказался, потому что я считаю, что я не являюсь офицером, я не выполняю никакие функции, связанные с основной деятельностью органов, я - всего лишь обеспечивал развитие инфокоммуникационной инфраструктуры. У меня не было даже погон, я считал невозможным для себя будучи просто айтишником носить погоны», - пояснил Ашим.

Несмотря на это, прокурору хватило допроса двух следователей, чтобы вынести свой вердикт:

«На основании изложенного, считаю не подтвердившимся факт применения в отношении Ашим незаконных методов следствия при собирании и закреплении доказательств по данному уголовному делу сотрудниками Антикоррупционной службы на досудебной стадии производства».

Аналогичным оказалось и заключение по проверке заявлений Касабаева.

«Другого ожидать и не следовало, я понимаю, что это процессуальный момент. Я изначально понимаю, что это та же самая сторона обвинения. Естественно, она не будет говорить, будет защищаться. Вопрос того, что якобы я на первом суде не говорил о давлении, я на первом суде говорил это и то, что они давали мне слово офицера, что выпустят по 65-ой статье («Деятельное раскаяние»). Сейчас всё это отрицают. И сейчас, грубо говоря, переобувшись, теперь говорят: «мы ничего этого не делали». Другого ожидать не приходится», - возмутился подсудимый Касабаев.

Адвокаты отметили, что это заключение основано лишь на доводах и не имеет никаких подтверждений. При том, что у прокурора достаточно полномочий, чтобы провести настоящую проверку, например, изучить видео с камер видеонаблюдения, журналы посещений.

«Я исхожу из практики, исхожу из показаний Ашима, других подсудимых, с того времени как лицо, заподозренное в совершении уголовного правонарушения, переступает порог кабинета следователя, с указанного момента он не может самостоятельно не то, чтобы выйти из этого здания, он даже из его кабинета выйти не может. Там свободного передвижения нет. Почему эти моменты проверены не были, сколько он там находился, доводы о том, что он не жаловался на состояние здоровья, добровольно давал показания, никаким образом не подтверждены. Здесь написано на второй странице заключения, что Тюлебаев не мог угрожать Ашим. Почему? Очень даже мог. В моём присутствии Тюлебаев звонил следователю Ташенову и требовал, чтобы Ташенов написал в протоколе допроса Абдыхамитова конкретные показания относительно происхождения двух автомобилей, принадлежащих ТОО, почему не мог? Очень даже мог. Гособвинитель Кайдаров написал «не мог». Он может так утверждать только если он рядом стоял с подсудимым Ашим,на тот момент свидетелем, имеющим право на защиту, и Тюлебаевым», - заметила адвокат Хамида Айткалиева.

По её словам, по сути на чашу весов поставлены слова всех подсудимых и такие же слова прокурора и следователей, неподкреплённые никакими доказательствами.

«Я считаю, что нужно было это всё проверить, есть журналы посетителей, есть время в них указано, кто, когда зашёл, когда вышел. Кто заходил, находился ли в тот день Шаленов в этом здании, находился ли Тюлебаев, проводились ли следственные действия, то есть с момента как Ашим впервые был приглашён для участия в следственных действиях с указанного времени, я считаю должны были быть проверены все его заявления об оказанном на него давлении», - уверена адвокат.

Она сослалась на нормативное постановление, которое говорит против действий прокурора, ну или хотя бы требует от него более усердной работы.

«Поскольку стороной защиты было заявлено ходатайство о признании недопустимым протокола допроса с участием подсудимого Ашим, также со ссылкой на нормативное постановление Верховного суда, хотела бы обратить внимание, что при рассмотрении ходатайства об исключении доказательств, полученных с применением пыток или других незаконных действий, следует исходить из того, что обязанность подтверждать законность полученных материалов возлагается на обвинителя. Если подсудимый в суде заявляет, что показания даны при физическом или психическом насилии органом уголовного преследования, при этом он не был ознакомлен с правом пригласить защитника и не давать показания против самого себя, его допрос проводился без участия защитника, то оспариваемые показания должны признаваться недопустимыми в качестве доказательств», - отметила Хамида Айткалиева.

Адвокат пришла к выводу, что проведённая проверка является лишь мнением гособвинителя Кайдарова и позицией двух следователей, которые не желают признавать, что оказывали давление.

«Их мнение и отношение к заявлению Ашима не может быть принято во внимание судом как доказательство, поскольку в перечень доказательств не входят предположения, выводы безосновательные, мнения и отношение по каким-то вопросам опять же бездоказательно следователя и гособвинителя. Поэтому, я считаю, что проверка проведена не полная, вопрос о приобщении данного заключения к материалам дела преждевременно. Обязанность, возложенная на него судом не выполнена», - заключила она.

Такую же проверку судья назначила в отношении директора подрядной организации Даурена Абдыхамитова. Однако после услышанного заключения подсудимый посчитал, что в этом уже нет необходимости, так как результат предсказуем.

«Вы же дали поручение тоже по мне, чтобы гособвинитель провёл своё расследование. Если будут они же проводить, можно попросить, чтобы не было этого расследования. Если эти же ребята будут делать, то смысла нет никакого!» - заявил Абдыхамитов.

Напомним, в Астане продолжается суд по делу о хищении на стадии проектирования легкорельсового транспорта – LRT и скоростного автобусного транспорта – BRT, а также интеллектуальной транспортной системы – ИТС.

Процесс, на котором председательствует судья Виктория Семёнова, – это третья попытка разобраться в деле. Ранее суд первой инстанции вынес по этому делу обвинительный приговор, но городской суд его отменил, дело вернули в Специализированный межрайонный уголовный суд Астаны