"Притормозить ребят": прокурор допросил экс-главу ПКБ по делу об ущербе в 2 млрд тенге
Что произошло
В суде Алматы продолжился допрос бывшего главы Первого кредитного бюро (ПКБ) Руслана Омарова по делу о предполагаемом ущербе государству на сумму более двух млрд тенге. Прокурор расспросил его о переписке с бывшим руководителем Центра развития трудовых ресурсов (ЦРТР) Даулетом Аргандыковым, расходах компании и встрече в день задержания. Омаров отверг версию о сговоре и объяснил переписку рабочими вопросами.
Что означали просьбы "притормозить"
Прокурор зачитал несколько фрагментов переписки Омарова с Аргандыковым. В сообщениях они обсуждали скорость обработки запросов и объёмы информации, которые проходили через Первое и Государственное кредитные бюро.
В одном из фрагментов прозвучала просьба "притормозить ребят по скорости", чтобы больше запросов поступало через ПКБ. Прокурор спросил, что именно Омаров имел в виду и как замедление работы конкурента могло повлиять на работу его компании. Омаров ответил, что речь шла о выравнивании условий. По его словам, ПКБ получало данные по более длинному техническому маршруту, тогда как конкурент использовал более короткий.
"Может быть, не совсем корректная формулировка, но мы говорили о том, чтобы сбалансировать, уравнять все эти скорости", – пояснил Омаров.
Прокурор также привёл сообщение с предложением увеличить время обработки запросов примерно на полторы секунды. Омаров сказал, что не помнит, что означала эта величина, но вновь отверг трактовку переписки как поручения.
По его словам, пожелание в сообщении само по себе не подтверждает, что Аргандыков его исполнил. Омаров также утверждает, что не мог управлять распределением банковских запросов, так как банки использовали автоматическую балансировку между каналами.
Почему выросли расходы ПКБ
Прокурор вернулся к объяснению Руслана Омарова о том, что изменение долей доходов от сотрудничества с ЦРТР было связано с расходами ПКБ. Подсудимый уточнил, что общие затраты компании выросли на фоне увеличения числа запросов и развития сервисов. Среди расходов он перечислил техническую поддержку, оплату труда специалистов, аналитику и обеспечение информационной безопасности. По его оценке, маржинальность проекта составляла 17-20%.
Что Омаров рассказал о деньгах при задержании
Омаров подтвердил, что в день задержания встретился с Аргандыковым в кафе. По его словам, он взял ноутбук для обсуждения рабочих вопросов. При обыске в его рюкзаке нашли 10 тысяч долларов. Подсудимый объяснил, что деньги предназначались для расходов, связанных с ремонтом и покупкой техники.
Передачу денег Аргандыкову Омаров вновь отверг. Он предложил проверить записи с камер наблюдения. По его словам, с момента прихода до появления сотрудников департамента экономических расследований он оставался за столом и не выходил из поля зрения камер.
Ранее Акмади Сарбасов также отрицал получение 75 тысяч долларов. При этом он подтвердил, что получил от Аргандыкова восемь тысяч долларов, но назвал эти деньги займом. Аргандыков изложил в суде такую же версию.
Суд отказался менять меру пресечения
Защита вновь подняла вопрос о состоянии здоровья Омарова и необходимости операции. Адвокат сослался на ранее вынесенное частное постановление суда и сообщил, что операцию до сих пор не провели. Но прокурор выступил против изменения меры пресечения.
"В СИЗО условия имеются, есть медицинские работники, которые непосредственно проводят осмотр подсудимого", – сказал прокурор.
Он добавил, что при необходимости содержащихся под стражей могут направить на лечение за пределами изолятора.
В итоге суд отказал в изменении меры пресечения, указав, что оснований для этого нет. Защита также попросила признать недопустимыми ряд заключений, связанных с расчётом предполагаемого ущерба. Суд сообщил, что разрешит этот вопрос в совещательной комнате при вынесении приговора.
Что Омаров говорил на предыдущем заседании
29 сентября Руслан Омаров не признал вину и назвал сотрудничество ПКБ с ЦРТР коммерческими договорённостями. Он объяснил изменение долей развитием сервисов и ростом расходов компании, отрицал доступ к внутреннему программному коду центра и передачу 75 тысяч долларов Сарбасову. Подсудимый также рассказал о предполагаемом давлении во время следствия и проблемах с медицинской помощью.
Контекст
ЦРТР предоставляет сведения о доходах казахстанцев, которые банки и кредитные бюро используют для оценки платёжеспособности заёмщиков. По версии следствия, в 2020 году Аргандыков и Омаров изменили условия сотрудничества: доля ПКБ выросла с 30 до 35%, а доля ЦРТР сократилась с 70 до 65%. Следствие связывает с этим предполагаемый ущерб государству на сумму более двух млрд тенге.
Кроме того, обвинение считает, что ПКБ получило техническое преимущество благодаря замедлению обработки запросов Государственного кредитного бюро. После назначения Сарбасова руководителем ЦРТР в 2025 году условия сотрудничества сохранились. По версии обвинения, в июне того же года Аргандыков и Омаров передали ему 75 тысяч долларов за сохранение этих условий. Подсудимые отрицают передачу взятки.
Где проходит суд и кого обвиняют
Дело рассматривает Алмалинский районный суд Алматы. На скамье подсудимых – Акмади Сарбасов, Даулет Аргандыков, Руслан Омаров, Тауке Болатбаев и Акжол Дошимов.
Сарбасову вменяют злоупотребление должностными полномочиями и получение взятки. Аргандыкову – злоупотребление должностными полномочиями, пособничество в злоупотреблении полномочиями, неправомерные действия при банкротстве и дачу взятки.
Омарова обвиняют в пособничестве в злоупотреблении должностными полномочиями, пособничестве в неправомерных действиях при банкротстве и даче взятки. Болатбаева и Дошимова – в неправомерных действиях при банкротстве.