Суд по делу Жанар Секербаевой начался в Астане с ограничениями на съёмку

Что произошло

В Астане началось судебное разбирательство по делу соосновательницы феминистской инициативы "Феминита" Жанар Секербаевой. Дело рассматривается по статье 109-1 Уголовного кодекса – "Побои" и связано с конфликтом, произошедшим 22 ноября 2025 года в одном из столичных кафе.

Детали

Уже в начале заседания стороны поспорили о том, насколько процесс должен быть открытым. Адвокаты Секербаевой Айнара Айдарханова и Ольга Эннс настаивали на гласности, указывая на важность прозрачности и общественного контроля. Прокурор выступил против, и его позицию поддержали представитель потерпевшей Зиуар Жумановой и сама Жуманова.

Они сказали, что публичное освещение может затронуть частную жизнь потерпевшей. В суде это объяснили состоянием здоровья Жумановой, а также тем, что она является многодетной матерью. По словам стороны потерпевшей, распространение материалов заседания может вызвать общественный резонанс, а её дети, увидев это, "получат тяжёлый удар".

Защита, в свою очередь, ссылалась на статью 29 Уголовно-процессуального кодекса, закрепляющую принцип гласности. Адвокат Ольга Эннс напомнила, что ограничение возможно только в случаях, прямо предусмотренных законом – например, если речь идёт о государственных секретах, преступлениях против половой неприкосновенности, делах несовершеннолетних, интимной стороне жизни участников процесса или вопросах безопасности.

Также защита указала, что Жуманова является совершеннолетней и, по их оценке, публичным человеком, поскольку "позиционирует себя как блогер". В итоге судья принял компромиссное решение: фото- и видеосъёмку участников процесса разрешили, но снимать саму Зиуар Жуманову запретили.

Версии произошедшего

Основанием для уголовного дела стал инцидент в кафе "Френч" в Астане. По заявлению Жумановой полиция Сарыаркинского района квалифицировала произошедшее по статье "Побои". По версии потерпевшей, в ходе конфликта Секербаева причинила ей физическую боль и телесные повреждения. Этот эпизод и стал предметом судебного рассмотрения.

Сама Жанар Секербаева вину не признаёт. Она сказала в суде, что считает дело сфабрикованным и политически мотивированным. Кроме того, она связала происходящее с преследованием по признаку сексуальной ориентации и гендерной идентичности, заявив о "преступлении на почве ненависти".

По словам Секербаевой, конфликт начался после того, как Жуманова стала вести видеосъёмку без согласия посетителей, громко выкрикивать обвинения и, как утверждает подсудимая, препятствовать людям покинуть помещение. После этого на место вызвали полицию.

Жанар Секербаева также утверждает, что спустя месяц Жуманова устроила похожий инцидент в другом кафе Астаны. По её мнению, это говорит не о случайной ссоре, а о повторяющемся и целенаправленном поведении.

При этом Секербаева ранее говорила, что по её обращениям правоохранительные органы не приняли мер, несмотря на очевидные, по её мнению, признаки сталкинга, нарушения общественного порядка, нарушения равноправия, хулиганство, оскорбления и высказывания ненависти в отношении ЛГБТИК+, а также причинение ей физической боли.

Допрос потерпевшей

Во время допроса Зиуар Жуманова изложила свою версию событий. По её словам, в день инцидента она пришла в кафе на встречу и увидела там Жанар Секербаеву и других людей, которых связывала с ЛГБТ-активизмом. Она утверждала, что в помещении звучала нецензурная брань, после чего она вызвала полицию.

Жуманова также сообщила, что ранее о ней якобы негативно высказывались и "чернили" не только в Казахстане, но и за его пределами. По её словам, она хотела дождаться полиции и получить ответы на свои претензии, поэтому попыталась не дать участникам встречи покинуть помещение.

Этот момент стал одним из ключевых на допросе. Защита спрашивала, почему она встала у лестницы и ограничивала проход. Жуманова пояснила, что действовала так, чтобы люди не ушли до приезда полиции. При этом она подтвердила, что до Секербаевой мимо неё прошли ещё два или три человека и что пройти в принципе было возможно.

Отдельное внимание уделили механизму травмы. Сначала Жуманова говорила, что Секербаева "свернула" ей руку, затем – что это был удар или толчок по левой руке, а в другой части допроса упоминала несколько движений руками и "пару" ударов. На вопрос о месте удара она указывала на левую руку.

В ходе заседания выяснилось, что у Жумановой ещё до конфликта уже была травма этой же руки. Она сообщила, что получила повреждение капсульного сустава в сентябре и проходила лечение, однако не все медицинские документы были при ней. Часть бумаг она, по её словам, может предоставить позже. Защита акцентировала внимание на этом, пытаясь отделить прежнюю травму от последствий инцидента.

Кроме того, защита указала на другие противоречия в показаниях. В разных частях допроса Жуманова по-разному объясняла цель визита в кафе – сначала говорила о встрече с подругой, затем о вопросах, связанных с ОСИ. Также различались её объяснения о том, кто первым начал видеосъёмку и как начался конфликт.

Контекст

Инцидент в кафе вызвал общественный резонанс. По словам очевидцев и исходя из опубликованного видео, Жуманова с самого начала снимала посетителей на телефон без их согласия, громко выкрикивала обвинения в "пропаганде", ругалась и мешала работе заведения.

По версии Секербаевой, Жуманова также перекрыла лестницу, из-за чего люди не могли свободно пройти к выходу и в туалет. Она утверждала, что посетители не понимали происходящего, а в заведении находились мужчины в гражданской одежде, которые снимали происходящее, но не вмешивались.

После инцидента заявление Жумановой приняли, её признали потерпевшей, а Секербаева сначала проходила по делу как свидетельница с правом на защиту. 9 февраля 2026 года её статус изменили на подозреваемую, а квалификацию уточнили – с части 2 статьи 109-1 на часть 1.

При этом Секербаева также подавала заявления: 25 ноября 2025 года – по ряду статей УК, а 12 февраля 2026 года – по статье 109-1 уже в отношении Жумановой. По её словам, по первому обращению был получен отказ в рассмотрении, а по второму процессуальные действия не начались.

Почему это важно

Ситуация вызывает вопросы не только из-за самого конфликта, но и из-за реакции правоохранительных органов. В общественном поле обсуждается возможный выборочный подход: заявление одной стороны было принято и доведено до суда, тогда как по обращениям другой стороны, как утверждает Секербаева, решения либо не принимались, либо процессуальные действия не проводились.